5 апреля ОТМЕЧАЛСЯ ПРЕСТОЛЬНЫЙ ПРАЗДНИК В ХРАМЕ СВЯТОЙ ТРОИЦЫ (приставной Престол освящён во имя священномученика Макария Оренбургского).
5 апреля Церковь празднует память первого прославленного новомученика Оренбургского края – священномученика Макария Квиткина. Этот человек родился, жил, трудился и принял мученическую кончину на оренбургской земле.
5 апреля 1931 г., на праздник Входа Господня в Иерусалим, который в нынешнем 2015 г. выпадает на этот же день, протоиерей Макарий был расстрелян в г. Оренбурге. Так священномученик Макарий вслед за Спасителем вступил на вольные крестные страдания и принял от Христа мученический венец.
«Молитвами святого священномученика Макария
да благословит Господь оренбургскую землю!»
Кирилл, митрополит Смоленский и Калининградский,
с. Первая Александровка Саракташского района, 2007 г.
Протоиерей Макарий Фёдорович Квиткин родился 23 июля ст.ст. 1882 г. в семье благочестивого орского мещанина.
1 августа Макарий был крещён в Михаило-Архангельской церкви
г. Орска. Боголюбивый отрок с ранних лет стремился в Божий храм, читал и пел на клиросе. После церковно-приходской школы в 1900 г. Макарий Фёдорович окончил Орское городское училище и решил стать учителем. Во время преподавания в церковно-приходской школе он стремился к усовершенствованию педагогических навыков, повышал своё мастерство на курсах. Желание же всецело посвятить себя делу служения Богу и людям пришло к нему после окончания оренбургских епархиальных пастырских курсов.
Спустя немного времени после своей женитьбы на благочестивой девице Евфросинии он подаёт прошение правящему архиерею, и в 1907 г. желание благоговейного молодого человека было удовлетворено: епископом Оренбургским и Уральским Иоакимом он был назначен псаломщиком в Александро-Невскую церковь с. Ново-Александровка Орского уезда. Здесь Макарий Фёдорович начал активную миссионерскую деятельность, укреплял свои знания на миссионерских курсах, стал членом Епархиального Комитета Православного Миссионерского общества.
В начале 1913 г. епископом Оренбургским и Тургайским Феодосием Макарий Фёдорович был возведён в сан диакона и направлен на служение в с. Бердяш Орского уезда. В ноябре того же года «ради пользы службы» диакон Макарий был переведён в казачью станицу Наследницкую Верхнеуральского уезда. Через год, в августе 1914-го, усердного служителя направляют в Никольскую церковь современного села Нижняя Павловка Оренбургского района. За годы несения службы на этом приходе отец Макарий был рукоположен в сан священника (1917 г.) и встретил смутное время войн. Это и Первая мировая, когда на плечи священнослужителей выпало попечение о раненых воинах, забота о семьях, потерявших кормильца на передовой, сбор помощи для действующих войск. Это и насильственная смена власти, когда не принявшие революцию казаки восстали и разразилась Гражданская война, принесшая горе и разруху прихожанам-сельчанам. В это время отец Макарий во всей полноте проявил своё жертвенное служение Богу и людям, особо нуждающимся в тяжёлые годы в пастырском окормлении.
Естественно, это не осталось незамеченным враждебно настроенной новой пролетарской властью, и под её давлением в 1920 г. священник Макарий вместе с уже тогда многодетной семьёй переезжает в с. Первая Александровка современного Саракташского района Оренбургской области. В Александровке отец Макарий вновь ревностно берётся за возрождение духовной жизни среди измученных лихолетьем крестьян. Почти сразу по приезде он открывает молитвенный дом, где проводит регулярные богослужения. В 1924 г., время, когда многие храмы закрывались, отцу Макарию удалось построить небольшую деревянную церковь. Для александровцев и жителей окрестных сёл батюшка стал светом веры и благочестия в тёмном царстве безбожия. Сельские жители смиренно прибегали к своему пастырю за душевным врачеством и помощью. Но и здесь враг рода человеческого не стал спокойно смотреть на процветание благочестия. В 1925 г. церковь закрывают, а отец Макарий с матушкой и пятью малолетними детьми вынужденно переселяются в Оренбург.
Управляющим Оренбургской епархией епископом Иаковом отец Макарий был определён на место второго священника в большой трёхпрестольный храм преподобного Серафима Саровского г. Оренбурга.
Супруга и дети священника Макария вместе с ним терпеливо несли крест гонений и скорбей. Старшие сыновья Сергей и Владимир решили, несмотря на гонения, последовать стопам своего отца. Сергей к тому времени уже служил псаломщиком в Иоанно-Богословском храме с. Чёрный Отрог, Владимир прислуживал правящему владыке Дионисию. Квиткины, как лишенцы гражданских прав социалистического общества, ютились в крохотной деревянной бане – единственном строении на земельном участке, приобретённом отцом Макарием, предполагающим в будущем построить жильё для семьи. По воспоминаниям сына Владимира, вся обстановка маленькой комнатушки состояла из печки, кровати, стола и сундука. Питались только подаянием сердобольных прихожан, которые, боясь преследований, тайком иногда приносили хлеб и картошку. Идя на богослужение в храм, отец Макарий и его дети постоянно подвергались нападкам со стороны пионеров, которые кидали в них песком или камнями. Служитель Христов учил своих детей мужественно переносить поношения и уповать во всём на Бога.
Когда 10-летний сын Владимир, поражённый скарлатиной, лежал несколько месяцев, не подавая никаких признаков жизни, отец Макарий провёл ночь в слёзной молитве о судьбе своего чада. И произошло чудо. В эту же ночь появился давний знакомый священномученика, врач, который смог вернуть дитя к жизни и вскоре исчез так, что семья о нём больше ничего не знала.
В Серафимовской церкви отец Макарий очень быстро приобрёл всеобщую любовь прихожан. Подвижническая жизнь, безропотное терпение скорбей, мудрые наставления, кротость, незлобие и смирение вызывали у всех большое почтение к достойнейшему священнослужителю. Известен случай, когда отец Макарий вымолил здоровье безнадёжному, по приговору врачей, мальчику, страдавшему лёгким помешательством ума. Два месяца священномученик посещал его в больнице, горячо прося Бога исцелить больного, и, к удивлению врачей, болезнь отошла. Мальчик вырос здоровым человеком, и мучившая его болезнь больше к нему не возвращалась.
Во время засилья обновленческого раскола священномученик Макарий стал принципиальным противником «живоцерковников», бескомпромиссно отстаивая истинность православия, чем ещё больше привлёк к себе единомышленников.
Печально известная Декларация 1927 г. митрополита Сергия (Страгородского) о признании советской власти, молитва за неё Православной Церковью и высказывания его о том, что в Советском Союзе нет гонений на Церковь, вызвали настроение резкого неприятия его политики, по существу отвергающей исповеднический подвиг тысяч людей. Отец Макарий, как истинный ревнитель чистоты православия, испытавший не раз на себе и своих детях всю лживость и жестокость обещанного советского «светлого будущего», оказался среди оренбургского духовенства, отшатнувшегося от митрополита Сергия, и стал поминать за богослужением только Патриаршего Местоблюстителя митрополита Петра (Крутицкого), находившегося тогда в заключении. На этой почве у отца Макария с настоятелем храма священником Алексием Сазановым возникли разногласия, и по инициативе последнего состоялось приходское собрание, на котором он намеревался либо подчинить несогласного клирика, либо изгнать его из церкви, обвинив в раздувании раскола. Отец Макарий объяснил верующим, что своей декларацией митрополит Сергий предал церковную правду, вступил в союз с безбожниками, врагами Церкви, поэтому он не может его поминать, чтобы не стать соучастником греха измены Церкви, и в этом причина их разногласий и невозможности совместного служения с отцом Алексием. Вопреки ожиданиям, большинством голосов отец Макарий был поддержан и поставлен настоятелем храма, а священник Алексий был исключён из причта. Впоследствии, увидев бесперспективность оппозиции перед лицом всё более беспощадных гонений, когда безбожники в лице сотрудников ОГПУ изощрённо изыскивали возможности для создания всё новых и новых расколов, отец Макарий и другие священнослужители вернулись к возношению имени митрополита Сергия за богослужением и отказались от критики его действий, как не могущей привести в тот момент к практическому результату: выработать общецерковное суждение по этому вопросу в то время не представлялось ни малейшей возможности.
После приходского собрания отца Макария начали периодически вызывать в ГПУ. Поводом для первого вызова стало то, что якобы под его настоятельством приход не платит «законного» обложения. При втором вызове его предупредили: если церковь не выплатит указанной суммы, то её закроют. В следующий раз отцу Макарию заявили, что церковь всё равно закроют и предложили отречься через областную газету от Бога и священнического сана; признать себя человеком, «одурманивающим» людей «религиозным мракобесием». Взамен было обещано место учителя или директора школы. На это страстотерпец ответил категорическим отказом.
– Так ты сохранишь жизнь себе и своим детям! – внушали мучители.
– Смерть мне не страшна, своих детей я вручаю воле Божией, а обет, данный мною Богу, я никогда и ни при каких обстоятельствах не нарушу! – дерзновенно отвечал новомученик.
И Господь не посрамил упования Своего верного служителя: все дети священномученика Макария выросли честными, верующими и благочестивыми людьми.
Участь Серафимовской церкви была печальна: в начале 1920-х гг. во время повсеместного изъятия церковных ценностей она была нещадно разграблена, в 1930 г. под предлогом неуплаты непосильного налога её и вовсе закрыли, а затем подвергли разрушению. По распоряжению епископа Оренбургского Павла отец Макарий весной 1930 г. продолжил своё служение в Никольском храме.
Священномученик смело боролся с беззакониями нового времени. Эмансипированное советское общество оказывало большое влияние на своих граждан: одни требовали от Церкви венчания своих новых беспорядочных сожительств, другие стали следовать моде так называемым «гражданских» браков. Отец Макарий категорически отказывался совершать венчание тех, кто оформил развод у гражданской власти и вступил в новый брак, пытаясь обличить и вразумить, что потом вменилось ему в вину при аресте.
На тайных собраниях отец
Макарий с собратьями-священниками и ревностными церковными деятелями обсуждали происходящие в стране гонения на Церковь, вели переписку и советовались по возникающим острым церковным вопросам с епископами-исповедниками и духоносными подвижниками, имеющими церковный авторитет; организовывали помощь ссыльным или находящимся в заключении за веру Христову, не оставляли в беде их семьи.
В полночь 21 января 1931 года сотрудники ОГПУ предъявили отцу Макарию ордер на арест и провели обыск, который продолжался до 4-х часов утра: была изъята литература религиозного содержания. Перед уходом отец Макарий спокойно простился со своей семьёй, благословил супругу и детей и покорно уехал на вольные страдания: он знал, куда его ведут, что его ждёт, и был готов к смерти за Христа.
В январе 1931 года в Оренбургской области было арестовано сто пятьдесят семь человек – девять священников, двадцать семь монахов и сто двадцать один мирянин. Всех арестованных обвинили в том, что они будто бы создали единую контрреволюционную религиозную организацию с центром и филиалами. «В филиалы входили, – писали следователи в обвинительном заключении, – в первую очередь церковники, фактически порвавшие общение с митрополитом Сергием на почве враждебного отношения к его “лояльной” политике по отношению к советской власти…». Отец Макарий и многие из обвиняемых отказались признать ложно воздвигнутое обвинение, ко всем им применялись нечеловеческие пытки. Но это не сломило их дух и веру в благой Промысел Божий. Это были в основном популярные среди верующих священники из Оренбурга и из разных районов края, а также стойкие истинные христиане, которые мешали сатанинской власти. 26 марта 1931 года Тройка ОГПУ приговорила обвиняемых к различным срокам заключения, и среди них тридцать шесть человек – к расстрелу, в том числе и отца Макария. Трое из этой группы были расстреляны вскоре после приговора в ночь на 31 марта. Священник Алексий Сазанов привлекался по этому делу в качестве свидетеля и стал главным обвинителем действий священномученика Макария. Через 6 лет, в 1937 г., он тоже был арестован и расстрелян.
Матушка Евфросиния и дети отца Макария во всё время нахождения его под следствием регулярно носили ему в тюрьму передачи и с десятками других родственников находящихся в тюрьме заключённых часами ждали, когда администрация тюрьмы примет продукты и вещи. Но когда 4 апреля они принесли очередную передачу, её не приняли, ничего при этом не объяснив. Люди не разошлись, толпой сгрудившись у тюремных ворот, – и вот, в три часа пополудни, всех ожидающих отогнали от ворот тюрьмы и оттуда вывели группу заключённых – тридцать три человека: священников, монашествующих и мирян. Среди них шёл отец Макарий. Увидев жену и детей, он издали помахал им рукой.
Заключённых довели до здания ГПУ, впустили внутрь, а бегущим за группой родственникам приказали идти домой, сказав, чтобы приходили завтра к 9 часам, и тогда им всё разъяснят. Некоторые не послушались и в ожидании кружили вокруг здания ГПУ. Охранники сделали ещё несколько предупреждений, а затем устроили облаву, во время которой арестовали несколько человек. В их число попали матушка Евфросиния со старшей дочерью Ольгой, которых вместе с остальными задержанными продержали в подвале до утра. Затем всем родственникам выдали справки о смерти заключённых в тюрьме и строго-настрого под страхом ареста запретили говорить о том, где они были и что видели. На вопрос матушки Евфросинии: «А где же тело моего мужа? Я хотела бы его похоронить», – начальник, выдавший справку о смерти, выругался и сказал, что «нечего беспокоиться, его похоронит советская власть, как он заслужил перед ней», и приказал убираться, пока не поздно.
На основании постановления Тройки ПП ОГПУ по Средне-Волжскому краю от 31 марта 1931 года Макарий Фёдорович Квиткин и с ним 32 человека были приговорены к высшей мере наказания – расстрелу. В Вербное воскресенье 5 апреля 1931 года в половине пятого утра все они были расстреляны. Приговор был приведён в исполнение в специальной камере здания ОГПУ в Оренбурге. Тела казнённых были тогда же тайно вывезены из ОГПУ и погребены в общей безвестной могиле на старом кладбище по современному проспекту Победы г. Оренбурга.
Весть об этом злодеянии, несмотря на все старания безбожников, передавалась верующими из уст в уста, и самые бесстрашные из христиан приходили к братской могиле, поминали погибших, священнослужители совершали панихиды по умученным страдальцам. Со временем это место предалось забвению и сейчас неизвестно его точное расположение.
Так отдал свою жизнь за истинную веру стойкий мученик и истинный пастырь, любимый своими прихожанами, верный служитель на ниве Христовой протоиерей Макарий Квиткин. Вдове и детям священномученика Макария пришлось пройти через множество испытаний. Их нигде не брали на работу, лишили продовольственных карточек, как членов семьи «врага народа». Матушка распродала всё, что только можно было продать. От голодной смерти спасали обычные люди, которые, сами недоедая, тайком подкармливали семью убиенного священника. Несмотря на лишения, никто из семейства Квиткиных не отрёкся ни от веры в Бога, ни от своего отца. Старший сын Сергей, как церковнослужитель, подвергался гонениям, был в заключении.
Однажды, уже после гибели священномученика Макария, когда дети остались дома одни, в соседнем дворе начался пожар, и сильный ветер стал задувать искры во двор Квиткиных, заваленный сухой картофельной ботвой, которой они по бедности топили печь. Дети, испугавшись, встали перед иконами и усердно начали взывать к своему отцу, прося защитить их. Молитвами новомученика Господь сохранил тогда семью от этой беды.
В 2011 г. о чудесной помощи священномученика Макария свидетельствовал раб Божий Вадим из г. Оренбурга. Его престарелая мать, страдающая плохой памятью, во время отдыха на природе потерялась. Родственники заявили в полицию, сами долго, но безрезультатно искали. Возвращаясь домой по проспекту Победы мимо кладбища, он вспомнил, что здесь похоронен священномученик Макарий и со слезами стал молить святого о помощи. Едва он переступил порог дома, ему сообщили, что мама нашлась и с ней всё в порядке. Все радостно возблагодарили Бога и священномученика Макария за скорую помощь.
На Юбилейном Освященном Архиерейском Соборе Русской Православной Церкви в августе 2000 г. по представлению Оренбургской епархии протоиерей Макарий Квиткин был прославлен в лике новомучеников Церкви Русской для общецерковного почитания. День его памяти был установлен по дате мученической смерти – 5 апреля н.ст.
Уже в наше время настоятель Никольского храма в с. Нижняя Павловка Оренбургского района Оренбургской области иеромонах Анатолий (Жидков) так рассказывал о явлении ему во сне священномученика Макария в 2002 г.: «Старец приходит в храм, служба заканчивается, народ выходит, ко кресту все приложились, а он ждёт, когда все выйдут, и мы остаёмся вдвоём. Он меня спрашивает:
– Вы здесь давно служите?
– 15 лет, практически, – отвечаю.
– А почему вы мне не молитесь?
– А Вы кто такой, почему мы должны Вам молиться?
– Я здесь служил, нужно написать мою икону, потому что хотя я и прославлен в Оренбургской епархии, но мне никто не молится здесь.
Когда я зашёл в алтарь на минуту, он исчез. Проснувшись, я понял, что это приходил священномученик Макарий, вспомнив его внешность».
Со времени написания иконы священномученика Макария в 2003 г. этот образ мироточит и благоухает.
В 2007 г. была отслужена первая Литургия в новом храме, посвященном священномученику Макарию Оренбургскому в с. 1-я Александровка Саракташского района.
По ходатайству отдела по канонизации святых Оренбургской епархии в декабре 2014 г. Коллегией по научно-богословскому рецензированию и экспертной оценке Издательского совета Русской Православной Церкви был утверждён текст акафиста священномученику Макарию Оренбургскому для общецерковного молитвословия, чтобы все желающие могли ближе познакомиться с прославленным оренбургским новомучеником и вознести ему свои молитвы.
Церкве Русския столпе непоколебимый, благочестия правило, жития евангельскаго образе, священномучениче Макарие, Христа ради пострадавый даже до крове, Егоже моли усердно, яко Начальника и Совершителя спасения, Русь Святую утвердити в Православии до скончания века.
